Харьковский Культурный Центр им.Н.К.Рериха, Б.Ю. Соколова Украина в жизни и творчестве Николая Рериха: встречи, труды, мысли

«Мои связи с Украиной завязались давно. Гремела труппа Кропивницкого, Заньковецкая, Саксаганский – целая даровитая семья, и чопорный Питер восчувствовал. Украинские песни восхищали, точно бы новая находка», – так вспоминает о своих первых прикосновениях к Украине великий русский художник, ученый, литератор и путешественник Николай Константинович Рерих (1874-1947) [3; 569]. В размахе культурной и научной деятельности, в творческом потоке, бьющем ключом вокруг его многогранной личности, сердце этого русского художника и мыслителя было связано крепкими нитями с Украиной. Эти нити, протянувшиеся с раннего детства через всю его жизнь до окончания земного пути в далеких Гималаях, сплелись со многими аспектами его творческой деятельности.

Один из первых исследователей творчества Н.К. Рериха – художник и искусствовед Степан Петрович Яремич (1869-1939), – был в то же время первым, кто обратил внимание на некоторые созвучия творческих поисков молодого Рериха с поэтическим и художественным наследием Тараса Григорьевича Шевченко. В эссе С.П. Яремича «У истоков творчества», напечатанном в 1916 году в книге «Рерих» [10], звучит самое ранее прикосновение к проблеме исследования связей Н.К. Рериха и украинской культуры. Следующий шаг в исследовании этого вопроса был сделан Юрием Алексеевичем Ивакиным (1917-1987), который в 1964 году опубликовал статью «Реріх і Шевченко» в журнале «Радянське літературознавство» [11].

В наши дни тема духовной сопричастности творчества Н.К. Рериха и украинского культурного наследия все больше и больше привлекает внимание исследователей. В 1999 году вышла в свет книга искусствоведа Виктора Геннадиевича Киркевича «Церква Покрови Пресвятої Богородиці» [12], в которой одним из предметов исследования автора стали мозаики Церкви Покрова Пресвятой Богородицы в с. Пархомовка Киевской области, выполненные по эскизам Н.К. Рериха.

В 2001 году в Национальном музее Тараса Шевченко в Киеве экспонировалась выставка «Реріх і Шевченко», и по ее итогам состоялся круглый стол «Шевченко і Реріх: спадкоємність, співзвуччя, сподвижництво духу у просторі духовно-культурної еволюції». Материалы круглого стола, а также каталог выставки опубликованы в сборнике «Реріх і Шевченко» [13].

Возросшая актуальность темы творческих связей Николая Константиновича Рериха с Украиной сейчас, по-видимому, усилена поисками путей возрождения национальной культуры. Философские взгляды Н.К. Рериха, неутомимого борца за сохранение культурных ценностей, близки украинскому народу, веками стремящемуся сберечь свое национальное духовное достояние.

Надо сказать, что тема эта широка и многогранна, и различные ее аспекты ждут тщательных, пытливых и непредубежденных исследований. При этом, на наш взгляд, необходимо всячески избегать различных перегибов в подходах к данной теме. Несомненно, поэзия Великого Кобзаря и украинские мотивы в наследии Гоголя, величие древних киевских памятников и бесконечный простор причерноморских степей были теми впечатлениями молодого Рериха, которые повлияли на его творчество и которые он сохранил в своем сердце на всю жизнь. Но нельзя забывать при этом, что все эти впечатления были только одними из факторов, которые помогли Николаю Рериху в становлении и формировании его творческой индивидуальности. Ведь столь же равнозначное внутреннее влияние на художника оказали исконно русские и индийские мотивы, с одинаковым увлечением он изучал культуры различных стран и народов, стремясь в каждой культуре найти непреходящие духовные ценности. Поэтому украинские мотивы органично вливались в целую череду творческих импульсов, служивших яркими вехами великого пути великого русского художника.

Николай Рерих родился и вырос в Петербурге, в семье известного нотариуса Константина Федоровича Рериха. С раннего детства потянувшись к истории, Николай любил читать о далекой старине Киевской Руси: образы князя Святослава и княгини Ольги, Ярослава Мудрого, Бориса и Глеба волновали сердце мальчика. Очарованный красотою «Слова о полку Игореве», Николай сам старался создать его стихотворный пересказ, о чем свидетельствуют отрывки стихотворений, хранящиеся в отделе рукописей Третьяковской галереи [13; 32].

Но не только история влекла юного Рериха. Художественный талант Николая первым заметил и оценил Михаил Осипович Микешин, близкий друг его отца. М.О. Микешин, мастер украинской национальной школы, был выдающимся скульптором, графиком и художником. Автор проектов памятников Б. Хмельницкому в Киеве, «Победам Черноморского флота» и матросу Шевченко в Николаеве, а также других, Микешин был прекрасным иллюстратором произведений Т.Г. Шевченко и Н.В. Гоголя. Увидев рисунки Николая, Микешин угадал в нем большие способности и предложил давать ему уроки рисования. После занятий в гимназии Николай Рерих спешит к Микешину – на Фонтанку, в дом № 128. «Художник одобряет живописные опыты мальчика, дает ему профессиональные советы, охотно принимает у себя в мастерской, – пишет искусствовед Е.И. Полякова. – Письма Микешина Рериху-младшему исполнены участия и неподдельной любви: “Коля Константинович!” “Милый мой Колинька Константинович”, – обращается он к гимназисту. “Сынок мой об Аполлоне – Колинька”, – обращается он к студенту, наставляя его в искусстве...» [16; 21]. О большом уважении и доверии Николая Рериха к своему первому учителю говорят следующие строки из письма студента Рериха к другу, будущему художнику, Льву Антокольскому: «За лето, если все будет благополучно, думаю нарисовать портрет Михаила Осиповича (нашего щиропочитаемого батьку) и затем написать большой исторический этюд (одна фигура), но какой – это моя тайна, которую никто не знает (кроме опять же Мих. Осип.) да и никогда, может быть, и не узнает, если этюд не удастся» [17; 23].

С.П. Яремич писал: «Через Микешина Рерих сроднился с артистическим миром, сроднился с его атмосферой и, что еще важнее, через Микешина он постиг и страстно полюбил украинского поэта Т.Г. Шевченко, одного из величайших певцов степи и простора, какой когда-либо существовал на свете» [10; 112]. Ю.А. Ивакин также отмечает, что Микешин безусловно знакомил молодого Рериха с поэтическим и художественным творчеством Шевченко и много рассказывал ему о поэте и о своих встречах с ним [11; 121].

Надо сказать, что еще весной 1858 г., в доме ректора Академии художеств, скульптора и живописца Федора Петровича Толстого молодой Микешин познакомился с Тарасом Григорьевичем Шевченко. Ставший другом и почитателем Великого Кобзаря, Михаил Осипович до конца жизни оставался хранителем его мастерской в Академии художеств. Кроме того, Микешин был одним из основателей общества им. Т.Г. Шевченко в Петербурге, где собирался, как писал Н.К. Рерих, «целый круг украинцев и почитателей Украины и ее славного певца. <…> Писали Устав, сходились, беседовали о будущих выступлениях, предполагали издать “Кобзаря” с иллюстрациями, читать лекции о творчестве Т.Г.» [3; 569].На таких собраниях председательствовал Константин Федорович Рерих. Четыре года понадобилось энтузиастам, чтобы в 1898 году Общество им. Т.Г. Шевченко было официально учреждено. У его истоков, кроме К.Ф. Рериха и М.О. Микешина, стояли писатель Д. Мордовцев и один из основателей Петербургской консерватории А. Маркевич. Членами Общества в разное время были Д.И. Менделеев, В.Г. Короленко, И.Е. Репин и другие представители интеллигенции. Как записано в «Уставе Общества почитателей Т.Г. Шевченко», оно имело целью «для увековечивания памяти о великом художнике и поэте Тарасе Григорьевиче Шевченко, изыскивать средства к устройству музея и школ, а также оказывать вспомоществования как нуждающимся родным покойного поэта, так и нуждающимся уроженцам Малороссии, посвящающим себя на поприще искусства и науки» [13; 14]. Просуществовав до 1917 года, Общество много сделало для сохранения наследия Великого Кобзаря, а также для пропаганды и развития в Петербурге украинской культуры.

Пример отца и М.О. Микешина вдохновляет юного Николая, который и сам становится почитателем творчества Т.Г. Шевченко. Когда по инициативе Микешина в Академии художеств устраивались ежегодные вечера, посвященные памяти Тараса Шевченко, Николай Рерих формировал литературную и музыкальную части, продумывал художественное оформление афиш и приглашений, «ставил живые картины из “Кобзаря” по эскизам Микешина» [3; 570]. Спустя многие годы об одном из таких вечеров Николай Константинович вспоминал: «Подходит сотрудник “Новостей”: “Вы ведь уроженец Украины?” Говорю: “Нет, я питерец”. “Ну, я все-таки скажу, что вы украинец – картины-то удачны, видно, любите Шевченка”. Так я и оказался украинцем» [3; 570].

В 1895 году умер М.О. Микешин, оставив молодому Рериху такой завет: «Поедешь в Канев на могилу Тараса Григорьевича – поклонись ему низко от меня и скажи, что любил и уважал я его, как родного отца» [13; 30]. Через год Николай Рерих, путешествуя по Днепру до Крыма, выполнил завет учителя.

Впоследствии Н.К. Рерих имел причастность ко второму изданию «Кобзаря» в 1908 году в Петербурге [13; 43]. Вообще, по словам Юрия Рериха, старшего сына Николая Константиновича, «Кобзарь» был одной из любимых книг его отца и часто читался в семейном кругу [11; 123]. «Необъятное чувство первобытного приволья, – читаем у С.П. Яремича, – опьяняющий аромат волнующейся степи, тысячи умирающей и тысячи раз воскресающей в беспрерывной смене бесконечной цепи воспоминаний, начинающихся вчерашним днем и след которых совершено теряется в глубинах древности, проникновенное понимание жизни настоящего момента и библейская энергия языка, глубокая сердечность и строгая простота – все эти элементы поэзии Шевченко имеют огромное значение в эстетическом развитии Рериха» [10; 112].

Через всю жизнь Николай Рерих пронес любовь к творчеству другого выдающегося певца украинской культуры – Николая Васильевича Гоголя. Еще будучи гимназистом, он исполнял роли в его пьесах, делал эскизы декораций для традиционного гоголевского вечера в гимназии, рисовал портрет любимого писателя, а впоследствии цитировал его в своих очерках и статьях. Не случайно, анализируя в 1935 г. воспоминания о своих детских и юношеских увлечениях, Николай Константинович отметил образы Гоголя среди наиболее ярких впечатлений, повлиявших на его дальнейшую жизнь: «Как будто от разных областей звучат курганные находки или географические карты, или яркие образы творчества Гоголя. Но проходят десятилетия; через полвека вспоминаются эти будто бы различные предметы в одном общем укладе. Именно они своими убедительными зовами сложили многие возможности» [1; 148].

Во время учебы в Петербургской Академии художеств, кроме уже упомянутых соприкосновений Николая Рериха с украинской культурой, происходили и другие встречи с ее носителями. Его учителями были выдающиеся художники И.Е. Репин и А.И. Куинджи. Архип Иванович Куинджи, грек по происхождению, родился в южноукраинском городе Мариуполе. Любовь к пейзажам родной Украины, которой пронизаны полотна Куинджи, художник передал своим ученикам.

Куинджи вызывал у Николая Рериха преклонение перед своим большим талантом, трудолюбием и целеустремленностью; в трудные минуты молодой студент всегда обращался к учителю, чувствуя его неизменное теплое отношение к себе. Архип Иванович, по свидетельству самого Рериха, стал для него «учителем не только живописи, но и всей жизни» [2; 103]. В статьях Николая Константиновича, пронесшего любовь к учителю через всю жизнь, можно найти немало теплых слов, посвященных ему: «Учитель сумел не только вооружить к творчеству и жизненной борьбе, но и спаять в общем служении искусству и человечеству» [4; 19]. В этой же статье – «Мастерская Куинджи» – Рерих вспоминает об учениках, которые учились вместе с ним в классе Куинджи. Среди них было немало молодых художников, воспевавших красоту украинской природы: «Константин Вроблевский любил Карпаты, Украину. И с ним дружно работали мы в Школе Поощрения художеств. <...> Константин Богаевский – певец Крыма – дал свой неповторенный стиль. <...> И Латри любил Крым. Элегия и величавость запечатлены в его картинах, в глубоком тоне и спокое очертаний. <...> Виктор Зарубин дал любимые им Украину, Харьковщину, Межигорье с обозами, паломниками, с далями, полными его настроения» [4; 20].

На всю жизнь сохранил Николай Рерих уважение и почитание к своему второму учителю в Академии художеств – Илье Ефимовичу Репину, родившемуся на Харьковщине. В 1944 году, уже живя в Гималаях, Николай Константинович в статье «Репин» писал: «Каждому из нас от малых лет имя Репина было драгоценно. Каждая подробность его творчества любовно обсуждалась и запоминалась. <…> Не было дома, где бы не было воспроизведений картин Ильи Ефимовича. Это были не случайные гости, но народная гордость хранила бережно эти вехи жизни народа русского» [3; 229].

Глубинный интерес Николая Рериха к украинской культуре начинает выливаться в художественные произведения: среди первых его работ появляются «Портрет Гоголя», «Три запорожца под дубом», «Портрет гетмана», «Невеста французского короля. Осмотр невесты послами» (речь идет о дочери Ярослава Мудрого Анне) и другие, а также эскизы «посвященные Хмельницкому, и “Страшной мести”, и “Майской ночи”» [1; 148]. Один из ранних рисунков Николая Рериха «Воевода» был напечатан в 1896 году в «Литературном сборнике произведений студентов Императорского С.-Петербургского университета» (СПб., 1896, с. 346). Он изображал воеводу в шапке, которую носило украинское старшинство XVI-XVII вв.; в такой же шапке изображен и Богдан Хмельницкий на памятнике, спроектированном М.О. Микешиным. А в дневнике Рериха-студента упоминается о работе над образом гетмана Самойловича в ссылке.

Тема Киевской Руси с юности и на всю жизнь увлекла Николая Рериха. В 1895 году, во время своего путешествия по Днепру, он побывал в Киеве, посетил Киево-Печерскую лавру и полюбил Киев на всю жизнь. «Я люблю этот город, – напишет он несколько лет спустя в письме к историку и писателю А.В. Половцову, – в нем меньше каменных коробок, меньше вялости, больше простора и шири сравнительно с нашим милым Петербургом» [19; 138]А вот как вспоминает Николай Рерих о своем пребывании в Киеве в статье «Украйна»: «Был яркий праздничный день, я пошел на базар. Тогда базар был истинно гоголевским сходбищем. Прекрасные плахты, мониста, шитые сорочки, ленты, ну и шаровары, “як сыне море”. Накупил плахт, всякой всячины, наслушался звонкой певучей речи и навсегда сохранил память о бандуристах» [3; 569-570]. В другой статье «Матери городов» Рерих уже как исследователь отмечает: «Поразительные тона эмалей; тонкость и изящество миниатюр; простор и спокойствие храмов; чудеса металлических изделий; обилие тканей; лучшие заветы великого романского стиля дали благородство Киеву. Мужи Ярослава и Владимира тонко чувствовали красоту; иначе все оставленное ими не было бы так прекрасно» [5; 54].

В 1895-1896 гг. молодой художник завершает работу над полотнами «Вечер богатырства Киевского» (два варианта) и «Утро богатырства Киевского». Эти произведения были как бы предтечей целой серии картин на тему “Начало Руси. Славяне”, в которой он собирался последовательно раскрыть отдельные моменты народной жизни. Первой работой этой серии стала картина «Гонец. Восстал род на род» (1897), дипломная работа, за которую Николаю Рериху присвоили звание художника. Сюжет картины и ее название Рериху подсказал исторический эпизод, описанный в «Повести временных лет». В год от сотворения мира 6370 или по современному летоисчислению – 862 – «восстал род на род, и были усобицы у них, и сами между собой воевать начали», повествует о славянских племенах летопись монаха Киево-Печерской лавры Нестора. Молодой художник, выпускник Академии художеств, уже тогда смог так точно, словно через магический кристалл, разглядеть и изобразить далекое, но реальное ощущение смуты той междоусобной войны. Картина имела большой успех. Прямо со студенческой выставки ее купил П.М. Третьяков, а Л.Н. Толстой, посмотрев на большую фотографию картины, дал сердечное напутствие ее автору.

На протяжении жизни Н.К. Рерих будет вновь и вновь обращаться к истории Киевской Руси, тщательно изучая и анализируя ее различные вехи. На его полотнах предстанет во всей глубине целая галерея древнерусских образов: «Плач Ярославны» (акад. эск., 1893), «Святополк окаянный» (1893), «Поход» (1899), «Красные паруса. Поход Владимира на Корсунь» (1900), «Город строят» (1902), «Славянская деревня» (1902), «Строят ладьи» (1903), «Борис и Глеб (Видение в ладье)» (1904), «Славяне на Днепре» (1905), «Борис и Глеб» (для церкви в Шлиссельбурге, 1906), «Собирают дань» (эскиз, 1908), «Князь Игорь (Затмение)» (эскиз фриза для дома Бажанова, 1909), «Баян» (1910), «Св. Ольга» (эскиз росписи, 1915), «Волокут волоком» (1915), «Святой Глеб» (1920), «Радовашеся Ярослав Граду Киеву» (1938), «Поход Игоря» (1941), «Ярослав Мудрый» (1941), «Святые Борис и Глеб» (1942) и многие другие.

Одной из ярких страниц деятельности художника явилось его сотрудничество с театром: более тридцати постановок на разных театральных подмостках мира шли с декорациями, костюмами, занавесами, исполненными по эскизам Рериха. В эскизах к опере Н.А. Римского-Корсакова «Снегурочка» и балету И.Ф. Стравинского «Весна священная» разворачивались картины древней дохристианской истории славян. Тема Киевской Руси зазвучала в его эскизах костюмов и декораций к опере А.П. Бородина «Князь Игорь», к которым Н.К. Рерих обращался не раз. В 1908 году в Париже сценическое осуществление получило третье действие оперы – «Половецкие пляски» с декорацией Рериха «Половецкий стан». Потом новые варианты декораций «Половецкий стан», «Двор Галицкого», «Плач Ярославны», «Затмение» будут написаны художником в 1909 году для полной постановки «Князя Игоря» в Париже. Возвращение художника к этой теме произойдет в 1914 году, когда на сцене Лондонского Королевского театра Дрюри Лейн снова состоится премьера «Князя Игоря» с новыми декорациями и костюмами, исполненными по эскизам Н.К. Рериха.

«Работа над художественным оформлением “Князя Игоря” – пишет исследователь театрально-декорационного искусства Н.К. Рериха Е.П. Яковлева, – возвела Рериха в ранг выдающихся театральных живописцев. Пророческими оказались слова режиссера Санина: “ … ты в этой вещи будешь велик…” <…> К 1920 году свыше 500 представлений в театрах мира выдержал рериховский “Половецкий стан”, ставший классическим образцом русской театральной живописи» [15; 36]. Когда еще в 1909 году в парижском театре «Шатле» «Половецкие пляски» из «Князя Игоря» в оформлении Рериха имели большой успех, французский критик Жак Бланш писал: «Я не имею чести лично знать Рериха… Я сужу о нем только по декорациям в “Шатле” и нахожу их чудесными. <…> …на всем видно глубочайшее изучение истории, и во всем этом нет тени обыденщины, банальности и нудной условности…» [14; 84].

Здесь надо отметить, что полотна Николая Рериха, равно как и его эскизы для театральных постановок, имеют большую научную ценность для изучения истории нашего государства. Дело в том, что, как отмечает известный исследователь творчества семьи Рерихов, директор Международного Центра-Музея им. Н.К. Рериха, академик Л.В. Шапошникова, в картинах Николая Константиновича наука и искусство являют собою синтез. Трудно сказать, кем больше был Рерих: ученым или художником. Для него не существовало границы между научным познанием прошлого и его воплощением в пространстве картины. Л.В. Шапошникова пишет, что «на его полотнах наука достигла высот искусства, а искусство становилось убедительным как наука» [9; 321].

Однако не только знание археологии помогало Николаю Рериху запечатлевать на картинах лики прошлого и ясно ощущать их внутренний смысл. Прекрасно пишет об историческом чувстве Рериха Л.В. Шапошникова в своем фундаментальном исследовании «Великое путешествие» (Кн. 1 «Мастер»): «…эпоха как бы возникала в нем самом, звучала отжившими голосами, наполнялась красками и формами. Он видел ее, ощущал ее и переносил на полотно. Это был редкий, поразительный дар, несший в себе, кроме таланта, и многое другое, что составляло внутреннюю суть этого человека. Он ощущал ток Времени, протекавший через него, отбирал в этом потоке нужное ему. Это походило на чудо. Но он называл это иначе – историческое настроение. В какую глубину уходили корни этого настроения – определить невозможно. Но несомненным остается то, что настроение такое существовало и выливалось на полотно красками, формами, духом самого прошлого» [9; 46]. При этом можно вспомнить свидетельство В.Г. Киркевича, который писал: «Когда смотришь на полотно “Город строят”, то невольно задаешь себе вопрос: как мог художник еще в 1902 г. передать достоверный облик Киева XI-XII вв., открытый только в начале 1980-х годов во время строительства метро на Подоле?» [12; 88]. Возможно, в картинах Рериха и по сей день запечатлены еще многие скрытые пока черты древней культуры Киевской Руси. «Этому художнику-тайновидцу, – пишет в своей статье «Внутренние приметы творчества Рериха» Ю.К. Балтрушайтис, – все безмерное в своей земной пестроте зрелище жизни открывается как бы в озарении неизреченного неземного света. <…> Благодаря своему общему колориту, все, что изображает Рерих, почти без исключения кажется происходящим на каком-то огромном расстоянии, отодвинутым в те дали, где все предметы уже утратили свои внешние признаки, чтобы тем определеннее раскрыться в образе своей внутренней сущности» [10; 17-18].

Изображая древнюю историю Украины на полотнах, Рерих как мыслитель обращается к ней в своих статьях и очерках. Размышляя о культурных связях славянских народов, он мечтает о том, что раскопки в районе Днепра помогут многое открыть из истории не только Украины, но и человечества. «Не может ли возникнуть вопрос, – писал он, – каким образом Киев в самом начале истории уже оказывается таким исключительным центром культуры и искусства? Ведь Киев создавался будто бы так незадолго до Владимира? Но знаем ли мы хоть что-нибудь о создании Киева? Киев уже прельщал Олега – мужа бывалого и много знавшего. Киев еще раньше облюбовали Аскольд и Дир. И тогда уже Киев привлекал скандинавов... <...> До Аскольда Киев уже платил дань хозарам, и основание города отодвигается к легендарным Кию, Щеку и Хориву. Не будем презирать предания. В Киеве был и св. Апостол Андрей. Зачем прибыл в далекие леса Проповедник? Но появление его становится вполне понятным, если вспомним таинственные богатые культы Астарты Малоазийской, открытые недавно в Киевском крае. Эти культы уже могут перенести нас в XVI -XVII века до нашей эры. И тогда уже для средоточения культа должен был существовать большой центр» [5; 56]. И художник писал в Москву «о скрытых сокровищах Киева и возможных открытиях в Софийском соборе» [2; 58]. «Останавливаемся на исследовании Киева только потому, что в нем почти единственный путь углубить прошлое страны» [6; 22].

Внимание Рериха-ученого привлекают памятники древнерусской старины, среди которых он особенно обращает свой взор к Софийскому собору и Десятинной церкви. В его статье «Десятинная церковь в Киеве» – восхищенный взгляд исследователя и тонкого ценителя искусства, устремленный в глубину веков: «В мечтах можем мы ярко представить себе величие и благородство этого памятника, украшенного лучшими предметами греческой работы» [5; 31]. В этой же статье Рерих пишет о насущной необходимости исследования древнейших культурных богатств, погребенных временем: «Надо создать комитеты для сбора средств на изыскание древностей. Среди будущих изысканий должно стоять на первом месте исследование древнего Киева» [5; 31].

Глубоко изучая историю, Николай Рерих всегда отмечал наиболее важные, переломные моменты, которые будут играть свою роль в будущем. Такое изучение прошлого ради будущего было основной чертой его творческого поиска. Сосредотачивая свое внимание на каких-либо исторических эпохах или исторических деятелях, художник словно отмечал вехи незримого сложения будущей культуры. Так, с большим вниманием он относился к эпохе княжения Ярослава Мудрого, незаурядного политика, тонкого дипломата и великого правителя. Время князя Ярослава историки оценивают как период высшего могущества и расцвета Киевской Руси. Ярослав знал о том, что именно просвещение народа, приобщение его к мудрости книг и к красоте искусства принесет расцвет государству. Первая на Руси библиотека в Софийском соборе была основана Ярославом Мудрым. Исследователи отмечают, что торжество христианской веры в XI веке было связано с именем Ярослава, а не Владимира. «Великий Владимир сдвигал массы, Ярослав сложил их во храм и возрадовался о величии Христовом, об искусстве. Этот момент для старого искусства памятен», – писал Николай Рерих в своей статье «Софийский собор» [5; 56]. И сейчас, в непростое время, когда так актуальны мысли Н.К. Рериха о возрождении народа через спасение и развитие его культуры, мы можем вспоминать, как светоч народного просвещения во времена князя Ярослава осветил крепость и мощь государства. И очень знаменательными могут показаться слова художника о великом князе, обращенные через наше прошлое к нашему настоящему: «Водитель да любит искусство и знание» [3; 601].

С Киевом Николая Рериха связывало и его сотрудничество с журналом «В мире искусств», посвященным литературе, музыке, живописи, театру и издававшимся в этом городе в начале ХХ века. В журнале часто печатались статьи Николая Константиновича. Так, в первом номере журнала за 1907 г., в котором Н.К. Рерих принимал ближайшее участие, напечатана его статья «Собирательство» [21; 13]. Во втором номере за тот же год в разделе «Библиография» один из корреспондентов журнала сообщает о выходе сочинений М. Метерлинка в трех томах с рисунками Н. Рериха и при этом добавляет: «Рисунки Рериха хороши и очень» [22; 25]. А вот что пишет еще один из номеров журнала: «При училище Императорского общества поощрения художеств открываются, по инициативе нового директора Н.К. Рериха, классы графического искусства с целью подготовки молодых художников, желающих посвятить себя делу воспроизведения рисунков для действительно-художественного печатания. В классах будет преподаваться композиция рисунка во всевозможных стилях, специально приноровленного для репродукций, причем учащиеся будут ознакомляться со всеми современными способами художественного печатания – в лучших столичных художественных типографиях, литографиях и т.п. графических заведениях. Руководителем этого нового класса приглашен художник И.Я. Билибин» [23; 34].

В 1909 году журнал сообщал о запланированных лекциях Николая Рериха на тему «О красоте старины» в Киеве, Одессе и Харькове [12; 90]. Состоялись ли эти выступления сказать трудно, но картины Рериха в то далекое время начала XX века в Харькове побывали. В 1908-1911 гг. редакция журнала «В мире искусства» провела в Киеве, Харькове и Одессе ряд выставок петербургских и московских художников, в основном членов выставочного объединения «Мир искусства», среди которых был и Н.К. Рерих. Уже в 1907 году в журнале появилось объявление: «1 февраля 1908 г. в Киевском городском музее будет открыта выставка картин современных художников, устраиваемая редакцией журнала “В мире искусства”. <…> Выставка кроме Киева посетит Одессу и Харьков» [23]. А в «Краткой хронике деятельности “Мира искусства”», составленной В.П. Князевой читаем: «В Одессе, в Городском музее изящных искусств – передвижная выставка картин журнала “В мире искусства”. Значительная часть экспонентов – мирискусники: Рерих, Кустодиев, Добужинский, Бенуа и другие» [20; 390]. Это был декабрь 1909 года.

В 1911 году в Киевском городском музее открылась юбилейная выставка произведений Тараса Шевченко. Судя по документам, на которые ссылается Ю.А. Ивакин [11; 122], Н.К. Рерих был причастен к организации этой выставки. Возможно, как пишет исследователь, директор Киевского городского музея М.Ф. Биляшевский обратился к Рериху с просьбой по делу Шевченковской выставки, именно потому, что знал любовь художника к творчеству украинского поэта.

Судьба связала с Киевом и родного брата Н.К. Рериха – Бориса Константиновича Рериха, который жил там с 1919 по 1923 год, работая профессором Архитектурного института. Он занимался обмерами церквей, преподавал в Архитектурном институте рисунок, делал зарисовки киевских памятников архитектуры. В 1909-1910 гг. Б.К. Рерих составил фотоальбомы памятников Киева, Новгорода, Пскова, частично опубликованные И.Э. Грабарем в «Истории русского искусства».

Плодотворное сотрудничество Н.К. Рериха с деятелями культуры так или иначе связанными с Украиной, а также сотрудничество с украинскими православными деятелями продолжалось всю его жизнь. «… всегда остаются живыми встречи с митрополитом киевским Флавианом, и работа по украшению Почаевской лавры с блаженнейшим митрополитом Антонием, и посещение Им, совместно с митрополитом Евлогием, нашей иконописной мастерской при школе Императорского общества Поощрения художеств. Митрополит Флавиан особенно ценил строгий византийский характер фресковой живописи. В моих эскизах для церквей под Киевом Он отмечал именно это качество. <…> Помню, как владыка Антоний, смотря на мою картину “Ростов Великий”, проникновенно сказал: “Молитва Земли Небу”. Драгоценно и радостно было встречаться с владыкой на путях церковного художества и видеть, как глубоко Он чувствовал священное благолепие русской иконы», – с большой теплотой и сердечностью писал Николай Рерих в статье «Светочи» [1; 44-45].

В 1910 году Н.К. Рерих становится председателем выставочного объединения «Мир искусства», членом которого позже стала и знаменитая художница Зинаида Евгеньевна Серебрякова (1884-1967). З.Е. Серебрякова родилась в небольшом поместье в с. Нескучное под Харьковом. Своим высоким профессионализмом она была обязана в основном собственным усилиям, непрерывно работая по натуре и делая этюды, пейзажи, портреты, главным образом в Нескучном. Когда в 20-х годах поместье было сожжено, художница переехала в Харьков.

Николай Константинович Рерих и его брат Борис Константинович были знакомы с крупным украинским специалистом по истории искусств и музейного дела – Н.Е. Макаренко, который был их другом и сотрудником. С 1906 по 1917 гг. Н.К. Рерих работал директором школы Императорского Общества поощрения художеств в Петербурге, в которой Н.Е. Макаренко все эти годы преподавал. Вместе с ним Рерихи работали и на археологических раскопках.

Николай Емельянович Макаренко (1877-1938) – художник, искусствовед, реставратор и археолог, профессор Киевского университета, в 1930-х гг. работал в АН Украины. В 1920 – 1924 гг. он был директором Киевского Музея искусств им. Б.И. Ханенко. Н.Е. Макаренко являлся членом-корреспондентом нескольких рериховских организаций в Америке, Европе и Индии. «Николай Макаренко, признанный ученый, при первых шагах независимого Украинского государства спешит из Петербурга в Киев, – пишет В.Г. Киркевич. – Революционные события в Украине наполняли надеждой, что именно теперь открываются широкие возможности развития национальной культуры. Почти пять лет вместе с Борисом Рерихом они работают в Киеве. Потом Борис Константинович выехал, а Н. Макаренко продолжал трудиться во славу науки» [12; 91]. Изучая духовную культуру Украины, Макаренко настоятельно призывал к охране культурных памятников. Он был единственным из членов специальной комиссии, кто не поставил свою подпись под решением о сносе Михайловского златоверхового собора в Киеве, что стало главным основанием для репрессий против него. Он был арестован за «контрреволюционную деятельность» и в 1938 году расстрелян.

Забота о сохранении ценностей культуры была одним из главных дел жизни и самого Николая Рериха. Он всегда очень остро переживал разрушение памятников старины и искусства и всеми силами стремился защитить их. Многие годы его усилия были направлены на работу по созданию Международного договора об охране культурных ценностей. Этот уникальный документ, получивший название Пакт Рериха, был подписан в Вашингтоне в 1935 году. Но еще в начале века Н.К. Рерих вел активную деятельность по спасению культурных памятников. В одном из его записных листков 1907 года мы находим строки, проникнутые болью за предстоящее разрушение прекрасного дворца в г. Батурине: «Незаметно рушится красота нашей страны. <…> Еще грустная история дворца в Батурине. Построен при Елизавете Петровне Гетманом Разумовским. До прошлого года состоял из трех частей: великолепный корпус в середине и два крыла; место красивое – берег реки. Здание находится в Инженерном ведомстве. Притч местной церкви, в 1905 году, просил разрешения безвозмездно разобрать дворец на постройку церкви, и Киевский Военно-Окружной Совет признал это ходатайство заслуживающим удовлетворения. Но Главное Инженерное Управление вспомнило про археологическую комиссию и запросило ее. Комиссия не согласилась с Киевским Советом и Инженерное Управление предложило комиссии принять дворец в свое ведение. На поддержание дворца нужно 4100 рублей, да содержание сторожа. Теперь археологическая комиссия зловеще просила Академию Художеств командировать учеников для зарисовки и снятия чертежей дворца. Последняя исповедь перед казнью, может быть? Последнее свидание?». (Приложение к письму Н.К. Рериха – графу А.А. Бобринскому. СПб. 31.01. 1907) [19; 161]. В архиве Н.К. Рериха хранятся выписки из переписки Главного Инженерного Управления с Императорской археологической комиссией 1904-1906 гг., касающиеся «бывшего Тепловского дворца в Батурине» [19; 178], построенного Камероном. Впоследствии, по Высочайшему повелению, дворец был передан в распоряжение Общества защиты и сохранения в России памятников искусства и старины, членом которого был и Н.К. Рерих. А к концу 1913 года дворец был отремонтирован, без участия археологической комиссии.

Одной из интереснейших страниц разнопланового творчества Н.К. Рериха, связанного с Украиной, является его работа над мозаиками православных храмов. Как уже упоминалось выше, Николай Рерих был автором мозаичного убранства Церкви Покрова Пресвятой Богородицы в с. Пархомовка Киевской области, а также Троицкого собора Почаевской Лавры на Тернопольщине. И собор, и церковь освящены и ныне являются действующими храмами.

Для южного портала Троицкого собора, построенного по проекту архитектора А.В. Щусева в 1906-1908 гг., Н.К. Рерих создал эскиз мозаики «Спас и князья святые». «Из письма Щусева к Рериху явствует, – пишет исследователь творчества Н.К. Рериха Л.В. Короткина, – что помимо мозаик на фасаде храма предполагалось создать еще эскизы для украшения иконостаса, мозаики для купола и ряд других. “Дорогой Николай Константинович. Пишу Вам о свидании с архиепископом Антонием, которого я застал дома и, разложив Ваши вещи на стульях на свету, показал ему. Он отнесся одобрительно, спросил, на каких основах построена композиция; я сказал, что на византийских и новгородских” (письмо Щусева от 4 ноября 1906 г.)» [18; 246].

В оформлении Пархомовской церкви Покрова Пресвятой Богородицы архитектор В.А. Покровский использовал элементы древнерусского и восточного искусств, с особенностями которых его познакомили Н.К. Рерих, а также археолог и востоковед В.В. Голубев. «Проявления общего в индийской и праукраинской культурах, – пишет В.Г. Киркевич, – на которые первыми обратили наше внимание В.В. Голубев и Н.К. Рерих, прослеживаются и в Покровском храме с. Пархомовка. Именно в этом архитектурном творении они высказали свою смелую гипотезу о единстве развития народов Украины и Индии» [12; 71].

Прекрасным украшением церкви Покрова Пресвятой Богородицы, построенной в 1907 году, являются мозаики, выполненные по эскизам Николая Рериха. Над центральным входом в неглубокой нише находится мозаика «Покрова Пресвятой Богородицы». Размеры этой мозаики, наибольшей в России того времени, 4?6 метров. Вторая мозаика «Спас Нерукотворный» – меньшего размера. Она расположена над входом в усыпальницу Святого мученика Виктора. В куполе Пархомовской церкви планировалось изобразить Вседержителя, который напоминал бы образ Киевской Софии. Вообще, как отмечает В.Г. Киркевич, в мозаиках Рериха, созданных им для украинских храмов, ощущается влияние киевских соборов – Софийского и Михайловского [12; 51, 98].

В основу работы над мозаиками Пархомовской церкви Рерих положил произведения монументального зодчества Киевской Руси. Художник обращался к древнерусскому искусству не случайно – оно влекло его своим монументализмом, но не форм, а именно монументализмом содержания, отразившего величие нравственных идеалов. В искусстве Древней Руси Рерих особенно любил искренность и глубину выражения человеческих чувств, которые умели передать древние зодчие. Вот, что писал художник о Софийском Соборе в Киеве в статье «Нерушимая стена»: «Нерушимая Стена Киево-Софийская стоит и будет стоять. Все-таки Нерушима! Кто не помнит эту Киевскую Святыню во всем ее византийском величии, ее молитвенно поднятые руки... <...> Лик строгий, с большими открытыми глазами обращен к молящимся. В духовной связи с углубленным настроением богомольцев. В нем нет мимолетных житейских настроений. Входящего во храм охватывает особо строгое молитвенное настроение» [1; 469]. Так писал человек, который знал о древностях не понаслышке, но, исследуя глубинные основы древнерусской культуры, вникал в истоки ее художественной традиции.

Кроме монументального рериховского наследия, Украина хранит художественные произведения Николая Рериха. Музеи и частные коллекции страны насчитывают более 50 работ в Горловке (Донецкая обл.), Киеве, Одессе, Львове, Николаеве, Днепропетровске, Александрове.

Вся жизнь Николая Рериха была одним большим путешествием: «золотое кольцо» России, Европа, Америка, Индия и внутренняя Азия. В статье «Русскому сердцу» он вспоминает о своих поездках, связанных с научной и художественной деятельностью; там же можно найти и воспоминания о его пребывании в Украине: «В 1894-м Троице-Сергиева Лавра, Волга, нижний Новгород, Крым. В следующем году – Киево-Печерская Лавра. Тайны пещер “Стена нерушимая”. <…> В 1905-м – Смоленск с годуновскими стенами, Вязьма, Приднепровье. <…> В 1910-м году раскопки Кремля Новгородского, оказавшегося неисследованным, а затем, до войны, и Днепровье, и Киевщина, и Подолье» [3; 185-186].

Одной из крупнейших и уникальных экспедиций ХХ века была научная экспедиция академика Николая Рериха по Индии и Центральной Азии (1923-1928 гг.). В своем путевом дневнике он как-то записал: «Кончился день золотою ковыльною степью с барханами в виде курганов. Это начало Хотанского оазиса. Похоже на Южную Украину» [8; 134]. Так азиатская пустыня вызвала у художника воспоминания давнего путешествия в Крым по Днепру.

Дорога жизни приводила Николая Рериха в разные части света, но нигде и никогда он не порывал сердечной связи со своей Родиной. В Индии, в далеких Гималаях, застала его Великая Отечественная война. Но несмотря на столь значительное географическое удаление, он всем сердцем и всеми мыслями был со своим героическим народом. «Быть бы с ними!», – записывает Н.К. Рерих в июле 1941 года. В тот период на полотнах художника раскрывается мощь страны непобедимой и встают ее защитники в образах древнерусских богатырей. Во время победного наступления советских войск в октябре 1943 года Николай Константинович пишет: «Вот воинство наше отметает врага от Киева, спасает матерь городов русских. Уж наверное враги укрепились в Киеве всеми своими средствами. Слишком важен для них был Киев-град великий. И вот через быстрины Днепра плывет грозное воинство, окружает неприступную крепость и грудью своею освобождает град, где слагалось столько славных преданий» [7; 36-37].

Незабываемые встречи с Украиной и ее самобытной культурой были вдохновением многих творческих мыслей Николая Рериха, запечатленных в его картинах, очерках, статьях. Показательно, что очерк «Украйна», написанный в июне 1947 года, явился одним из последних в литературном творчестве Мастера. Глядя на великие гималайские вершины, за которыми далеко на севере находилась его Родина, он думал и о древней украинской земле, посылая ей лучшие мысли и сердечные зовы.

«Вот и теперь в Гималаях, когда радио дает “Запорожца за Дунаем”, яркой, красивой чередой проходят картины Украины. Встают образы Шевченко и Гоголя. И дружба, сердечное дружество сплетается с созвучиями Украйны. <...> Украйне – любовь и привет» [3; 570].

ЛИТЕРАТУРА

1. Рерих Н.К. Листы дневника. Т. 1. – М.: Международный Центр Рерихов, 1995.

2. Рерих Н.К. Листы дневника. Т. 2. – М.: Международный Центр Рерихов, 1995.

3. Рерих Н.К. Листы дневника. Т. 3. – М.: Международный Центр Рерихов, 1996.

4. Рерих Н.К. Художники жизни. – М.: Международный Центр Рерихов, 1993.

5. Рерих Н.К. Берегите старину. – М.: Международный Центр Рерихов, 1993.

6. Рерих Н.К. Об искусстве. – М.: Международный Центр Рерихов, 1994.

7. Рерих Н.К. О Великой Отечественной войне. – М.: Международный Центр Рерихов, 1994.

8. Рерих Н.К. Алтай-Гималаи: Путевой дневник. / Предисловие К. Брэгдона. – Рига: Виеда, 1992.

9. Шапошникова Л.В. Великое путешествие. Кн. 1. Мастер. – М.: Международный Центр Рерихов, 1998.

10. Рерих. – Петроград: Свободное искусство, 1916.

11. Ивакін Ю.О. Реріх і Шевченко // Радянське літературознавство. – 1964. – № 2. – С. 120-124.

12. Киркевич В.Г. Церква Покрови Пресвятої Богородиці. – К.: Техніка, 1999.

13. Реріх і Шевченко. Каталог виставки 2000-2001 років. Статті та матеріали круглого столу. – К.: Українське Реріхівське товариство, 2004.

14. Беликов П.Ф., Князева В.П. Рерих. – М.: Молодая гвардия, 1972.

15. Яковлева Е.П. Театрально-декорационное искусство Н.К. Рериха. – Самара: Агни, 1996.

16. Полякова Е.И. Николай Рерих. – М.: Искусство, 1973.

17. Короткина Л.В. Рерих в Петербурге-Петрограде. – Л.: Лениздат, 1985.

18. Короткина Л.В. Монументально-декоративное искусство Н.К. Рериха // Культура и время. – 2002. – № 1/2.

19.Петербургский рериховский сборник. Т. 1. – СПб.: Издательство Буковского. 1998.

20. Петербургский рериховский сборник. Т. 4. / Составитель В.Л. Мельников. – СПб.: Издательство СПбГУ, 2001.

21. В мире искусств. – 1907. – № 1.

22. В мире искусств. – 1907. – № 2.

23. В мире искусств. – 1907. – № 17-18.

Ключевые слова: Рерих, Шевченко, Репин, Куинджи, Киевская Русь, Ярослав Мудрый, Киев, славяне, театрально-декорационное искусство, украинская культура, Софийский собор, Десятинная церковь, Почаевская лавра, Церковь Покрова Пресвятой Богородицы.